– Наша бабушка в Питере живет, - машинально ответил Алешка, не сводя глаз с одного красивого, но молчаливого попугая. - Далеко бежать.

Дядька рассмеялся всеми своими стальными зубами.

– Бабки - это, по-русски говоря, деньги. Понял?

– По-русски говоря, - так же задумчиво ответил Алешка, - деньги это деньги. А бабки - это бабки. Понял?

– Какой ты умный! - обиделся дядька со стальными зубами. - Умные здесь не ходят.

Но Лешка на эти слова не обратил никакого внимания. Он только спросил:

– Какая фамилия у этого попугая?

– У попугаев фамилиев не бывает, умник какой. У них только клички.

– Ну и какая же у него кличка?

– Кто его знает? Приблудился случайно. Я его в парке с дерева снял. А он меня же и поклевал. Во! - И дядька показал забинтованную руку.

Надо сказать, что молчаливый попугай очень внимательно прислушивался к этому разговору. Будто понимал, что речь идет о нем.

– Прошкин! - вдруг громко сказал Алешка.

Попугай дернул головкой, поднял свой красивый хохолок и взволнованно забегал по жердочке. А потом вдруг быстро заговорил:

– Пр-рошкин хороший. Не тр-рожь Прошкина. Кр-рошкин др-рянь!

Дядька со стальными зубами внимательно посмотрел на него, потом на Алешку. И спросил:

– Знакомый тебе?

– Это мой попугай, - сказал Алешка.

– Здорово! Иди в контору, к вертинару, оформляй квитанцию, плати бабки и забирай своего Крошкина. Рад небось?

– Очень, - сухо сказал Алешка, повернулся и пошел к выходу. Я - за ним.

А дядька со стальными зубами проводил нас странным взглядом.

Ни к какому «вертинару» мы, конечно, не пошли. И всю дорогу до дома Алешка был задумчив и молчалив.

Родители еще не вернулись. Алешка походил по комнате. Набрал номер Ростика, но почему-то положил трубку, не дождавшись ответа.

– Знаешь, Дим, - наконец-то сказал он. - Мне почему-то кажется, что все эти звери - они краденые. И я в этом деле разберусь! - Это он сказал с угрозой. - Но сначала нам надо выручить Прошкина.